Решение об использовании замороженных российских активов пока не принято. Разумеется, будет продолжаться поиск, и я уверен, что Европа найдет решение. На этом пути, кстати, значительно меньше реальных юридических препятствий, чем толерантности, политкорректности и прокрастинации в головах европейских политиков. Тем более что главное решение они наконец-то приняли. И ни от каких продажных Орбана или Фицо пролонгация санкций теперь не зависит.
Москва поняла, что этих денег она больше не увидит. И поскольку все ее усилия и угрозы по предотвращению этого оказались тщетны, принялась действовать по вновь утвержденному плану. Ее гениальный замысел в основном сводится к бросанию камней из стеклянного дома. Но при этом они, судя по всему, не определились – это симметричная или ассиметричная ответная мера.
По-другому русское сознание просто не работает. В силу его мифологичности реальность ему не присуща. В его структуре отсутствует понятие вины и ответственности, в силу чего оно не может выстраивать рациональные причинно-следственные связи и прогнозировать последствия своих действий. Если в русском сознании отсутствует вина, то в действиях, соответственно, отсутствует осторожность.
Самая простая и понятная реакция – это "европейские подсвинки" из уст В.Путина. С моей точки зрения, в этом просматривается некая асимметрия. Как минимум с точки зрения дипломатического протокола.
Обращение в Московский Арбитражный суд – тоже ассиметрично, ведь ЕК в Суд ЕС не обратилась, что с моей точки зрения совершенно напрасно. Да и в сравнении Суда ЕС в Люксембурге с Московским Арбитражным судом на Люсиновской улице тоже не много симметрии, а еще меньше здравого смысла. Кто и где будет реагировать на это решение и его исполнять?
Кремль уже объявил в качестве ответной меры конфискацию активов европейских банков в России.
Безусловно, они были бы рады конфисковать активы западных Центробанков в России, но последние с надеждой отнеслись к планам Путина создать в Москве мировой финансовый центр, но денег в него не вложили. Поэтому будут грабить то, что есть. По понятиям ОПГ "Кремль" – это симметричная мера.
В ответ на замораживание активов государства-агрессора, развязавшего войну в Европе, конфискация частных инвестиций, которые пришли в страну, полагая ее правовым государством, чекистами воспринимается в качестве симметричной меры. Это самая простая иллюстрация глубины Русского ума.
Но дело здесь даже не в юриспруденции. И не в разрушении остатков инвестиционного климата. И не в выстреле себе в ногу.
Все такие шаги необходимо анализировать именно как специфику ума, складывающего груду камней у стеклянного фасада. Чтобы понимать с кем имеешь дело.
В первой сотне российских банков по состоянию на ноябрь 2025 г. числятся девять европейских банков. Из них среди первых пятидесяти – три банка с совокупными активами 3,380 трлн. руб. или 36 млрд. евро – "Райффайзен банк", ОТП банк и Юникредит.
Далее в первой сотне еще шесть банков с совокупными активами 502 млрд. руб. или чуть больше 5,5 млрд. евро – "Дойче банк", "Коммерцбанк", БМВ банк, "Интеза Санпауло", БНП и т.д.
Итого это около 41,5 млрд. евро активов. При грубой оценке, совокупный собственный капитал этих банков составляет не более 7 млрд. евро. При этом, значительная часть средств этих банков уже арестована по абсолютно незаконным искам Газпрома, клана Ротенбергов и прочих Дерипасок. Речь идет о "Дойче банке", "Уникредите", "Райффайзен банке". Сумма исков к ним уже превысила 3,5 млрд. евро. Следовательно, конфискация этих средств уже невозможна.
Остается примерно половина, но там есть "ОТП банк", дружественный Орбану, а также "Интеза Санпауло", который во-первых, уже получил разрешение на продажу бизнеса от Путина, а во-вторых – это банк, через который проводились самые серьезные отмывания денег и нарушения санкций. Как их Путин собирается конфисковывать?
Итак, против более чем 200 млрд. потерянных в Европе, Кремль может арестовать несколько миллиардов в России. Причем в природе этих активов – существенная разница. Одно дело, активы ЦБ РФ, размещенные в банке или другом финансовом институте, а совершенно другое – активы банка. Это в основном деньги российских физических и юридических лиц. С точки зрения русского, да еще и чекистского ума, возможно, это симметрия.
Как рассуждает Кремль? Он рассчитывает на реакцию этих банков и их действия, направленные против своих правительств. Абсолютно напрасно. ЕЦБ и Минфин США уже давно предупредили эти банки о рисках продолжения бизнеса в России и даже потребовали сформировать соответствующие резервы. К тому же самым слабым звеном в этой цепочке оказался "Райффайзенбанк", чьи активы в России довольно существенны и составляют порядка 10% совокупных активов группы.
Существенным является также бизнес "ОТП" в России. Но в данном случае, это риск-менеджмент за В.Орбаном. Для таких монстров, как БНП, "Дойче" и "Коммерц банк" и др. российский бизнес был хоть и прибыльным, но в общей структуре никогда не выходил за рамки статистической погрешности.
Однако может возникнуть вопрос. При чем здесь стеклянный дом?
Во-первых, сложно себе представить, чтобы крупные международные банки, приходя в Россию с инвестициями и технологиями, целиком положились на Басманное правосудие. Следовательно, все они имеют возможность предъявить претензии России в международных судах и имеют шансы на успех.
Во-вторых, формирование механизмов исполнения судебных решений. Американским банкам и крупным корпорациям в этом смысле гораздо проще. Путин предпочитает не ссориться с Трампом, а бенефициарами его страхов уже стали Exxon Mobil и City bank.
У европейских компаний, безусловно, есть возможность предъявить эти требования в будущем постпутинской России или скорее постРоссии в качестве условия возвращения в страну.
Но есть и другой путь. Создание единого фонда требований к России с участием акционеров ЮКОСа. С учетом решения суда по делу ЮКОСа совокупный объем требований превысит сотню миллиардов долларов и может стать как инвестиционным инструментом, так и серьезным рычагом влияния на российскую экономику.
В-третьих, и у ЕК, и у Минфина США имеется более чем достаточно оснований предъявить претензии ряду банков в отмывании российских и не только российских денег, а также в нарушении санкций. Ряд таких исков к западным банкам уже предъявлен. Это исключает риски правительств европейских стран, и, кроме того, ударит по самому слабому месту ОПГ Кремль – международным цепочкам отмывания денег и обхода санкций.
В-четвертых, эффективность воздействия на "стеклянный дом" кратно возрастет, если в Европе всерьез начнется преследование фронтменов Путина. Тем более что эта проблема уже напрямую звучит в Великобритании в процессе против Р.Абрамовича. Однако и там и в Суде ЕС следует понять суть этой проблемы, признаки и критерии фронтменов.
ОПГ Кремль ведёт себя так нагло до тех пор, пока не поймет – камень, брошенный из стеклянного дома непременно вернется назад в качестве бумеранга.
И тогда разговор будет совершенно другой...
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
